23 сентября известному писателю, драматургу, сценаристу и телеведущему Эдварду Станиславовичу Радзинскому исполняется 85 лет
Анна Ларионова
Эдвард Радзинский рассказывает об исчезнувших любимых домах старой Москве.
«Во времена юности я жил в центре, около площади Маяковского в Старопименовском переулке. Это очень древнее название, в честь церкви Преподобного Пимена Великого, которая была здесь когда-то.
Переулок остался в истории русской культуры: недалеко жила семья знаменитого историка Дмитрия Ивановича Иловайского, родственника Марины Цветаевой (читайте ее “Дом у старого Пимена).
А совсем недалеко, на Пушкинской площади и около нее, стояли два замечательнейших дома… Один – так называемый Дом Фамусова. Это был дом гостеприимнейшей московской семьи Римских-Корсаковых. В нем бывали вся Москва и весь Петербург, когда приезжали петербуржцы в Первопрестольную. Здесь часто бывал Александр Сергеевич Грибоедов, и считалось, что действие бессмертного “Горя от ума” происходило в этом доме. Отсюда и название – “Дом Фамусова”.
Внутри он уже был сильно перестроен, но великолепная парадная лестница еще была жива, и по пути в школу я обязательно заглядывал поприветствовать ее. Но однажды ни дома, ни лестницы я не нашел! Оказалось, его снесли, чтобы возвести пристройку к авангардному, а-ля Корбюзье, корпусу «Известий». Новый корпус «Известий», этого «убийцу» Фамусовского дома, я до сих пор не люблю.
Рядом, на Страстном бульваре, погиб и другой дом, в который по дороге в школу я тоже обязательно заходил. Это был целый комплекс – городская усадьба Александра Васильевича Сухово-Кобылина. Там находился и господский дом, и каретный сарай, где однажды была обнаружена убитой любовница Сухово-Кобылина – француженка Луиза Симон-Деманш.
Великолепный городской дом уцелел от московского пожара 1812 года. Удивительны были и место, и дворы поблизости, будто из века Толстых и Сухово-Кобылиных. Усадьбу снесли уже в наше время, чудовищно перестроив каретный сарай, и объявили снос реконструкцией.
Мне не нравится, что за четверть века, с 1950 по 1975 год, в Москве было снесено около 1400 исторических зданий.
Из того, что осталось, всегда восхищаюсь ансамблем XVII века на Берсеневской набережной. Это палаты думного дьяка Аверкия Кириллова и храм Николая Чудотворца, сохранившийся, хоть и придавленный громадой страшного серого Дома на набережной. Правда, в отличие от усадьбы Сухово-Кобылина храм устоял от посягательств Б. М. Иофана – архитектора зловещего дома.
Историческую Москву надо защищать…»