Новая эпохальная книга по истории русской эмиграции вызревала постепенно, как и полагается вещам фундаментальным. Идея собрать воедино некрологи, опубликованные в эмигрантской прессе, приходила в голову многим. Но первым профессионально этим занялся Вадим Никитич Чуваков, московский литературовед и библиограф. Сорок лет тому назад, работая над архивом Горького, он увлекся составлением картотеки некрологов и траурных объявлений российского зарубежья. Чуваков не выбирал «выдающихся лиц»: справедливо полагая, что для истории ценны все судьбы, он выписывал из заграничной периодики подряд все имена — от Нобелевских лауреатов до младенцев, едва вошедших в наш мир и тут же его покинувших. Имен набралось более 50 тысяч. Чувакову даже удалось ввести свой свод в научный оборот в самиздатской форме, отпечатав справочник на машинке (четыре тома) и депонировав в крупнейших библиотеках. Понятно, что им пользовался крайне ограниченный круг исследователей.
Поворотным моментом в судьбе картотеки стало создание в недрах Российской государственной библиотеки специального отдела литературы русского зарубежья. Сотрудники этого отдела решили сделать на основе материалов Чувакова и с использованием всех доступных им источников максимально полный свод: они просмотрели более 150 наименований эмигрантских газет и журналов.
Большую роль как источник сыграла «Русская мысль», ссылки на которую встречаются необыкновенно часто. Теперь каждое имя, опубликованное в траурной рамке на предпоследней странице парижского еженедельника (до 1997 г.), можно будет найти в новом словаре.
В знак уважения к Чувакову, зачинателю дела, авторы в выходных данных книги поставили лишь его имя, хотя над справочником трудился целый коллектив авторов. Организационную работу взяла на себя заведующая отделом литературы русского зарубежья Надежда Васильевна Рыжак, сумевшая привлечь к сотрудничеству ряд зарубежных исследователей — А. Арсеньева из Сербии, И. Грезина из Швейцарии и других. В свод попали и материалы из уникальной коллекции некрологов Калугина, проживавшего в Аргентине. Эту коллекцию он передал Солженицыну, а сейчас она хранится в московской библиотеке-фонде «Русское зарубежье».
Собраны десятки тысяч имен: точную цифру пока назвать невозможно — работа еще не окончена. К именам приведены даты жизни, роспись некрологов и объявлений, краткие биографические сведения, если таковые найдены. Составители стали включать и информацию, собранную исследователями на зарубежных кладбищах. Первым это сделал сам Чуваков, изучивший Иоанновское кладбище в Риге и Александро-Невское кладбище в Таллине. Такой подход абсолютно правилен: ведь и эпитафия может быть причислена к литературным источникам.
Сейчас вышли два первых тома: свод доведен до буквы «3». После их выпуска авторы были обрадованы широким потоком писем: со всего мира люди стали присылать списки почивших в изгнании соотечественников. Этой книги ждали…
Впереди — большой труд, еще четыре тома. А на основе многочисленных дополнений предполагается сделать еще один том.
МИХАИЛ ТАЛАЛАЙ
Флоренция